Одна женщина так рьяно занималась фитнесом, что у неё оторвался желчный пузырь. Хирург, который ей делал операцию, потом удивлялся: «Такой случай первый раз в моей практике». Дело было в Кремлёвке, и врач приложил всё своё умение, чтобы пациентке операция обошлась без последствий. На почве телесного взаимодействия у них потом завязался роман, и Татьяна Козыренко (это была она) вместо положенных трех недель «наблюдалась» в отделении почти два месяца – такое вот физкультурное приключение с последствиями.
А из-за чего она пустилась в фитнес, так это, во-первых, стало модным, а во-вторых, и необходимым. Когда женщине за тридцать, уже не будешь по улице скакать, как молоденькая (тем более, если едешь в представительской «Тойоте»), в результате дефицит движения, застой в мышцах, дряблость кожи и хроническая усталость. И куришь, как паровоз – не кокаином же стресс снимать! А супруг Козыренко – у Татьяны время от времени рождались такие подозрения – кажется, ходил на сторону. Ну, это бы ничего, если без серьёзных намерений. А если с оными? Как деньги заведутся, мужиков начинает разбирать – подавай им страсти шекспировские!
Татьяне с первого взгляда не понравилась новенькая секретарша супружника, молодая кобыла по имени Рая. Сам Козыренко, конечно, не имел никаких достоинств, кроме денег, но по нынешним временам и этого через край. Газо-нефте-энергетический супермен – пузо свисает, глазки бегают, ручки маленькие и блудливые. Не мужчина, а объект товарно-денежных отношений. Но богатеньких буратин всегда мало, а баб-претенденток – куча. И решила тогда Татьяна себя мобилизовать (в конце концов, нынешний муж у неё – третий), сесть на диету, заняться фитнесом, курить по три сигареты в день, и вообще вести здоровый образ жизни. Хотя при её работе – управляющая аппаратом одной из энерго-«дочек», особо не расслабишься – коллеги сожрут и не подавятся. Мало места под солнцем капитализма, тесно везде, конкуренция.
Ну вот, и плоды физкультурных трудов, вроде бы, и не заставили себя долго ждать – мышцы обозначились, взор заблистал, грёзы начали будоражить душу. И тут встретился Татьяне мужчина её мечты. Хороший такой, ласковый. Редко же в «одном флаконе» всё сходится: чтоб и красивый, и умный, и богатый, и воспитанный, и обходительный, и известный, и почти одинокий – как раз в этот момент пошла у него, бают, распря с законной супругой. Да и по возрасту он Татьяне подходил – ни молод, ни стар, а в самый раз. И эстетически ей нравился – стриженый нефтяной брюнет с бархатными грустными глазами. В общем, это был олигарх N.
Вот и встретились два одиночества (потому что Татьяна своего законного супруга-плейбоя не любила - ни до, ни после, никогда), и произошло сие знаменательное событие на одной закрытой деловой вечеринке в далёком северном нефтегазовом городе. И она, укреплённая фитнесом, «запала» на симпатягу N., да и миллиарды, опять же. А он, скромный такой, грустный сидел. Тамошние тузы всё, что ни скажут, на него с оглядкой, а он только улыбнётся рассеянно, иль кивнёт понимающе – такая душка! В кремовом свитере крупной вязки, и мобильник отключил, чтобы не мешал. И в основном на Татьяну поглядывал – долго, задумчиво и зовущее. Рассмотрел, хотя она сбоку припёку там сидела, в самом конце стола. Ну и она, конечно, безнадёжно и тихо о нём мечтала.
А потом они с ним в аэропорту в vip-зале кофе пили, и прогуливались по холодному, чистому мрамору. Все тузы со сборища разлетелись, а она по своим каналам выведала, когда N. в путь-дорожку собирается, и подгадала, якобы случайно, их встречу. Ну, N. её увидел, обрадовался!.. «Это, - говорит, - судьба. Я уж не чаял с Вами встретиться, а надеяться не смел. Мы не властны над своей жизнью. Мы – пылинки в мирозданьи, летящие к своей гибели. Всё кругом – мираж, заблужденье», - ну и прочая дребедень. Но Татьяне нравилась его доверительность, и она ласково кивала и поощряла олигарха к дальнейшей философской откровенности. А тут как раз погода испортилась, и самолёты перестали выпускать. И он ей всё о себе, о своих наитиях рассказывал (ну просто помесь научной фантастики с каббалой и рериханством), а она, напротив, про себя ни слова – только по руке его осторожно и расчетливо гладила. Хорошей такой, умной руке, не дрогнувшей, когда надо было пол-России обобрать. А N., дурашка, так разошёлся, что, в конце концов, говорит ей:
- Таня, знаете, я чувствую: очень скоро все меня предадут, бросят. Даже моськи, которых я кормлю, и которые мои туфли лижут с восторгом.
А она:
- Ой, ну что вы! Быть такого не может!
А он тогда взял её руку – породистую, тонкую, холёную – и прижал к своим бархатным глазам. А в них – слёзы. Поцеловал её в ладонь и говорит в отчаяньи:
- Всем нужны мои деньги, и никому – моя душа. Я, наверное, человек очень плохой, но ведь человек же! Я вам, Татьяна, открою страшную тайну: меня, быть может, скоро арестуют. И посадят – лет на десять. Вы ведь не отвернётесь от меня, не забудете? Даже если я нищим стану?
Ну, Татьяна, естественно, подумала, что N. насмотрелся им самим же купленного телевидения, сериалов криминально-сентиментальных (может, выдались у него два-три свободных вечера), и от этого у него произошел сдвиг по фазе. Но она не стала его разуверять, а постаралась мужчину утешить шуткой: мол, в случае чего буду в тюрьму передачки носить, а если посадят (тут она не выдержала, хихикнула), Татьяна готова, по примеру жен-декабристок, ехать «во глубину сибирских руд» и там разделить их изгнаннические досуги.
А он что-то так обрадовался, как ребёнок.
- Правда? – говорит.
И тут уж Татьяна мобилизовала всё своё красноречие, чтобы убедить его: отныне и навсегда им не жить друг без друга. Любовь до гроба.
Но что удивительно, N. через два или три дня действительно посадили, и прочно. А у неё как раз, когда она занималась на тренажере, оторвался жёлчный пузырь. И уже было не до любви – выжить бы как-нибудь. Ну и потом у неё закрутился роман с хирургом, он тоже оказался человеком одиноким и деликатным (хотя, разумеется, семейным).
Пока она валялась в Кремлёвке между жизнью и смертью (так она говорила всем своим знакомым), её супруг подло воспользовался моментом и сошелся-таки с молодой кобылой Раечкой. Человек из охраны потом ей рассказывал, что секретарша специально роняла перед Козыренко папку с важными финансовыми документами и долго их собирала, будучи в мини-юбке. Подлый, примитивный и грязный прием! Но растленный старый дурак Козыренко клюнул, и для свиданий водил Раечку в супружеское гнездо, благо Татьяна была в больнице. Ушлая секретарша везде понатыкала в матрасы колдовских иголок, а в платяной шкаф законной жены для устрашения подкинула игрушечную виселицу из детского набора (сейчас такие продают – пыточные станки, гильотики, кандалы, наручники). Намёк простой: мол, сматывай удочки, пока не поздно, иначе оторвётся не только жёлчный пузырь, но и голова. И, естественно, плейбоя Козыренко она приворожила чёрной магией, превратила в зомби. Он с Татьяной развёлся, а на кобыле женился. Купил апартаменты, и они туда съехали.
И что в итоге? Фитнесом заниматься теперь нельзя, у хирурга – новые пациентки-утешительницы – он во всех хорошеньких влюбляется, N. сидит в тюрьме с телевизором и личным унитазом, у плейбоя с кобылой – медовый месяц, а она осталась вдвоем с разбитым корытом – рассеянно паркуясь, покалечила «Тойоту».
Из прошлой жизни сохранилась одна работа. И вот Татьяна – почетный гость-эксперт – вещает по ТВ про эффективную экономику, гуманистические ценности и свободу личности – несёт всякую складную брехню-ахинею. Только она паузу сделала, чтобы дух перевести, как ведущий, услужливый малый такой, пуделёк чернявенький, говорит: «А теперь давайте прервёмся на рекламу!» И как раз показали заставку с фитнесом: как это хорошо – бегать, прыгать, пресс качать и ощущать радость движения.
И тут-то ей и дошло: тело её – симпатичное, пусть и чуть-чуть подштопанное, косметически умасленное и украшенное фирменной одеждой уже никому не нужно – бизнес-старость пришла. Ладно. А душа? Представила её и ужаснулась: голая, сирая, дряблая! Бомжа неприкаянная…
Но эти мысли мелькнули у Татьяны Козыренко на периферии разума и быстро, бесследно пропали. Как рекламная пауза. И она вновь продолжила оплаченный эфир, доброжелательно улыбаясь телезрителям стоматологической улыбкой: свобода… демократия… экономика…
2005
Лидия Сычева